Аудиосказка «Паренек Булот-Хурэ и его конь Бурул-Цохур»

Аудиосказка «Паренек Булот-Хурэ и его конь Бурул-Цохур»

читает лауреат Государственной премии Республики Бурятия, режиссер-постановщик Олег Юмов


Евгений Болсобоев, паренек Булот-Хурэ и его конь Бурул-Цахур.jpg
Евгений Болсобоев, «Паренек Булот-Хурэ и его конь  Бурул-Цохур», 2016 год

Паренек Булот-Хурэ и его конь Бурул-Цохур

В старые прежние времена, когда соседнее озеро было еще болотом, а гуран — инзагашкой; когда снега были неглубокими, а ковыли — зелеными, — жил на свете паренек, по имени Булот-хурэ.

Пошел он однажды на охоту, выследил косулю и выстрелил в нее из лука. Споткнулась косуля, ударилась оземь на полном скаку и обернулась белой лебедью. Подхватила она клювом пущенную в нее стрелу и со словами: «Если ты настоящий молодец, то найдешь меня и на краю света!» — улетела прочь.

Запрокинув голову, рассмеялся Булот-хурэ, обрадованный такой встречей; уронив голову на грудь, заплакал он, опечаленный быстрой разлукой.

Воротился паренек домой, рассказал отцу с матерью о случившемся и просил отпустить его на поиски белой лебеди.

Не сразу согласился отец, стал отговаривать сына. «Кости твои пока что хрящеваты, — говорит. — Кровь твоя водяниста».

Выпустил Булот-хурэ своего коня Бурул-Цохура на волю, чтобы копыта затвердели, а мать свою попросил починить одежду. Сам тоже не стал сидеть сложа руки, отправился на охоту: дичины добыть да мяса насушить в дальнюю дорогу.

Вот округлились копыта у Бурул-Цохура, стали тверже камня, и тогда вычесал хозяин своего коня железным скребком, оседлал сандаловым седлом и отправился прямиком на восток.

Едет он себе да едет. По кукушкиному кукованью лето узнает, по сорочьему стрекоту — зиму. Однажды закружил над его головой ворон и прокричал: «Взойди на высокую гору, где живут три слепых отшельника, спроси у них о своей судьбе!»

Послушался Булот-хурэ ворона, взошел на гору, отыскал ветхую юрту трех слепых отшельников, три дня молился у входа в жилище и только потом переступил порог. Рассказал им паренек о себе, рассказал о том, куда путь держит. Открыли перед ним отшельники вещую книгу судеб, в которой было сказано: «Невеста молодца Булот-хурэ живет на расстоянии восьмидесяти лет пути в северную сторону». Благословили отшельники паренька, и отправился он дальше на своем верном коне Бурул-Цохуре, одолевая расстояние в десять лет пути за пять месяцев, расстояние в восемьдесят лет пути — за четыре года.

Вот увидел Булот-хурэ посреди долины белую юрту, соскочил с коня, привязал его к коновязи, а сам в юрту вошел. Видит — старик со старухой сидят и чай пьют. Не сказав ни слова, прошел гость к хоймору, уселся поудобнее и закурил трубку.

Молчат старики, искоса поглядывая на гостя; молчит и гость, подумывая про себя: «Что это за хозяева, даже чаю не подадут?» Докурил он трубку и вышел потихоньку из юрты. Старик тоже вышел вслед за гостем, догнал его и спрашивает:

— Чей ты будешь, паренек, и куда путь держишь? Разве тебя не учили здороваться, входя в чужой дом?

— Прости, старик, — спохватился Булот-хурэ. — Совсем я потерял голову от беспрестанной скачки, от неусыпных забот и поисков.

— Кого же ты, паренек, ищешь?

— Ищу я белую лебедь, — отвечает Булот-хурэ. — Унесла она мою стрелу, а вместе с нею — мой покой и сон.

— Эта лебедь — моя внучка, звать ее Абахай-дангина, — молвил старик и научил паренька, как ее добыть.

Вот подъехал Булот-хурэ ко дворцу, где его суженая живет, превратил Бурул-Цохура в шелудивого жеребенка, а сам сопливым мальчонкой обернулся. Пошел он берегом реки, ведя жеребенка в поводу, и увидел золотой мост, а по нему ханские дочери бегают. Захотелось пареньку поиграть с ними. Взбежал он на мост, кинулся за девицами вдогонку, да не по нраву им пришелся. Скинули они сопливого мальчонку с моста и дальше побежали. Пошел паренек дальше. Видит — на серебряном мосту дочери высоких сановников играют. Взбежал было на мост, но и с серебряного моста его скинули. Утер он нос рукавом и отправился дальше. Дошел до железного моста, на котором дочери нойонов хороводы водили. Вот уже на самую середину моста взошел, но увидали его дочери нойонов и скинули в холодную воду. Еле выбрался паренек на берег, обсушился, осмотрелся и пошел прямиком во дворец.

Увидала его Абахай-дангина, поняла, кто под неприглядным обликом скрывается, но виду не подала, только приказала слугам накормить голодранца. Налили ему слуги сыворотку в собачью плошку, а сами толкуют между собой: «Хан-батюшка назначил три испытания молодцам, желающим взять в жены его дочь Абахай-дангину. Пойдем поглядим, кто победит». Побежали слуги на зеленую поляну посмотреть на женихов ханской дочери. Отправился следом Булот-хурэ, выплеснув сыворотку на землю. 

А по зеленой поляне уже ханский глашатай ходит, кричит-надрывается: «Хан-батюшка отдаст в жены свою дочь Абахай-дангину тому, кто первой стрелой срежет ковыль-траву в верхнем ее суставчике, второй — разнесет в щепу тридцать возов сырых дров, третьей — разорвет игольное ушко».

Похаживают по ристалищу богатыри, друг на друга поглядывают. Самый важный из женихов Иргай Ширгай тетиву натягивает, каленую стрелу свою в цель пускает. Подрезала его стрела ковыль-траву в верхнем суставчике, разнесла в щепу тридцать возов сырых дров, но в иголку не попала. Попытали счастья другие молодцы, да без толку. Тогда вышел из толпы Булот-хурэ, ведя в поводу шелудивого жеребенка и утирая нос замызганным рукавом драного дэгэла. «Горе-жених!» — смеется народ. Но попали точно в цель две первых стрелы, пущенные им, и стихли насмешки. Пропела в полете третья стрела, разорвала игольное ушко, а вонзившись в землю, вырыла такую воронку, в которой не тесно было бы и конскому табуну. 

Поставили слуги новую иглу. «Кто еще не потерял надежды попасть стрелой в игольное ушко?» — спрашивает хан. Тут Иргай Ширгай дернул за рукав паренька Булот-хурэ.

— Выручи меня, — говорит. — Научи, как попасть в игольное ушко. Ничего для тебя не пожалею.

— Этому сразу не научишься, — отвечает Булот-хурэ. — Но если ты дашь вырезать из своей спины два ремня, то я тебе помогу.

Делать нечего, согласился Иргай Ширгай. Тогда Булот-хурэ говорит:

— Я спрячусь вон за тем деревом и натяну свой лук, ты тоже натяни, и когда я крикну: «Ала!» — мы вместе пустим свои стрелы. Моя попадет в цель и выроет своим острием такую яму, в которой твою стрелу никто не отыщет.

Так они и сделали. Вырезал Булот-хурэ из спины Иргай Ширгая два ремня, попал в игольное ушко, разорвав его каленой стрелой, а все решили, что это Иргай Ширгай отличился.





Решил хан-батюшка, будто и в самом деле равны силы у невзрачного паренька и у хваленого Иргай Ширгая. «Будете бросать через реку камень величиной с годовалого бычка. Кто победит, за того и отдам свою дочь».

Переплыли молодцы на своих конях широкую реку, чтобы при новом испытании хан-батюшка своими глазами видел, чей камень улетит дальше. Первым кинул глыбину величиной с годовалого быка Булот-хурэ. Пролетел камень над водой, врезался в утес на другом берегу, и земля под ногами у хана-батюшки содрогнулась великой дрожью. Понял Иргай Ширгай, что и меньшего камня не докинуть ему до цели. Снова стал молить о помощи. Взял у него Булот-хурэ два мизинца взамен и бросил камень величиной с годовалого быка так, что упал он рядом с первым.

Подумал хан-батюшка, будто и здесь силы женихов оказались равными. А коли так, быть еще одному испытанию! На сей раз объявил хан скачки на расстояние трехмесячного пути.

— Да разве же я стану состязаться на своем прекрасном вороном иноходце с этим голодранцем на шелудивом жеребенке, — указывая на паренька, стал похваляться Иргай Ширгай. — Да моя старая матушка шагом обгонит такого всадника.

На том и порешили. Выступила из круга матушка Иргай Ширгая, по имени Хайхан-хамыган: нос у нее граненый, подбородок пешней, волосы на голове колом стоят, да глаза змеиными жалами из глубоких впадин мерцают. А уж как выехал на своем жеребенке Булот-хурэ, так рассмеялся народ: и лошадка-то под стать наезднику!

Только зря смеялись. И на первый ночлег раньше всех прискакал Булот-хурэ на шелудивом жеребенке, и на другой день так было, и на третий.

Задумала тогда Хайхан-хамыган недоброе. Подсыпала она в чашу с крепким торосуном яду и подает пареньку:

— Выпей с устатку, добрый молодец.

Выпил Булот-хурэ чашу отравленного торосуна и заснул крепким сном. А Хайхан-хамыган только этого и дожидалась: пустилась она бежать, только пятки засверкали. Глядя на это, фыркнул Бурул-Цохур так, что расстелился на старухином пути беспросветный туман. Заплутала в нем Хайхан-хамыган да и не заметила, как обратным путем побежала. Иссякли на этом волшебные силы коня Бурул-Цохура. Склонился он над спящим пареньком и молвит:

— Булот-хурэ, хозяин мой, вставай, если ты жив. Сорок два моих зуба гремят вместе с уздою, четыре моих тяжелых копыта хотят отвалиться. Скажи, хозяин, свое слово, не то распрощаюсь я с тобой навеки да и поскачу в родную сторонку.

Приподнялся Булот-хурэ, протер глаза и не может понять: где он и что с ним?

— Тебя опоила проклятым зельем старуха Хайхан-хамыган, — говорит ему верный конь. — Пора в погоню пускаться! Прожги своею плеткой мои жирные бедра до самых костей, разорви серебряной уздою углы моих губ до коренных зубов, и тогда мы настигнем коварную старуху. Но перед тем как сесть в седло, положи за пазуху четыре камня.

Выполнил Булот-хурэ наказ своего коня, и пустились они в погоню. Трех дней не прошло, как настиг Булот-хурэ старуху Хайхан-хамыган у берега черного моря.

Вынул паренек из-за пазухи камень, метнул его и переломил старухе правую ногу.

Изловчилась Хайхан-хамыган, на бегу перевязала перебитую ногу ковыль-травой и припустила в гору быстрее, чем под гору. На гребне одного из перевалов уже было обогнал Булот-хурэ коварную старуху, но взмахнула она в отчаянье своим подбородком, словно пешней, нацелившись в затылок пареньку. Метнул он тогда второй камень и выбил старухе глаз. Вырвала она у пробегавшей мимо лисицы глаз, вставила вместо выбитого и побежала дальше. На исходе дня настигла старуха паренька, уже и руку протянула, чтобы стащить его с коня. Но метнул Булот-хурэ третий камень — и плетью повисла перебитая старухина рука. Перевязала она руку ковыль-травой и опять побежала быстрее иноходца. Хотела Хайхан-хамыган проткнуть пареньку спину своим граненым носом, но Булот-хурэ кинул свой последний камень, перебил старухе другую ногу и первым предстал перед ханом. А старуха Хайхан-хамыган еле доползла до цели.

— Сыночек мой Иргай Ширгай, — запричитала она. — Никогда не связывайся с этим голодранцем! У него и конь такой, что вылетающие из-под копыт камни перебили мне все ноги, изувечили все руки.

Закрыла старуха глаза и говорит:

— Сыночек мой, будет тебя точить ржавчина зависти, будет меня точить могильный червь. — С этими словами вздохнула она в последний раз и померла.

А Иргай Ширгай пришел к хану и говорит:

— Мы были равны с голодранцем в двух испытаниях, а в третьем он одолел мою старую матушку, но не меня.

— Не верь ему, хан-батюшка, — вступил в разговор Булот-хурэ. — Этот хвастун не выполнил ни одного из твоих испытаний. За первое из них он откупился ремнями из своей спины, за второе — своими мизинцами.

Призадумался хан. По всему выходило, что надо казнить Иргай Ширгая за обман. Но уж больно не хотелось отдавать дочь за голодранца. Думал он, думал и наконец решил:

— Кто из вас накормит одним быком всех подданных, которые собрались сегодня посмотреть на женихов, за того и отдам свою дочь.

Вот стал Иргай Ширгай вместе со своими друзьями да сподручными быка делить, стали гостей мясом потчевать. Кто ближе стоял, тому, говорят, досталось, а кто-то даже и косточки не увидел.

Взялся тогда за дело Булот-хурэ. Разбавил бульон пожиже, чтобы его побольше было, и давай брызгать над собравшимися.

Вот вышел хан из дворца.

— Ну что, накормил вас Булот-хурэ? — спрашивает у своих подданных.

— Нет, — отвечают они. — Чудить — чудит, а кормить — не кормит.

— Хан-батюшка, — говорит Булот-хурэ. — Да они тебя попросту обманывают. Ты посмотри на этих лгунов! — вывел он из толпы первых попавшихся под руку. — У них же вся одежда в жирных пятнах.

— Да ты еще и хитер! — рассмеялся хан и отдал за паренька свою любимую дочь Абахай-дангину.






18.02.2016

Жил в одном селении паренек-сирота. С малых лет ходил он по дворам, собирал милостыню, этим и кормился А когда подрос, люди перестали пускать его к себе.

— Такое житье никуда не годится. Что же мне делать? — закручинился паренек. — Пойду-ка я в другое селение.

Сказано — сделано. В один из летних дней отправился парень прямиком на юго-восток. Идет себе да идет, шагает да шагает. Первую ночь переночевал в дороге, потом — другую.

Много дней минуло. А он все идет да идет. Вот уже и съестные припасы кончаться стали.

Подошел он тем временем к двум осинам, что росли обочь дороги. А тут и стемнело. «Время позднее, — думает парень. — Придется мне заночевать под этими деревьями».

Примостился он меж двумя осинами и заснул.

А надо сказать, что паренек-сирота с малолетства знал семьдесят языков всевозможных лисиц и куниц, сорок и ворон.

Как раз на одной из этих осин ворона вывела птенцов. Только смерклось, прилетела ворона кормить своих пискунят. Кормит она их испеченными на сливках лепешками, взятыми у ламы, да приговаривает на вороньем языке: «На юго-востоке отсюда сильно разболелся ханский сын. Никак поправиться не может. В носу того парня завелись две змеи, хотя и неядовитых, но больно зловредных. Если их выкурить, он сразу поправится. Есть верное средство: надо дать понюхать ханскому сыну конский жареный арбин, тогда змеи мигом выползут».

На другой день паренек-сирота отправился дальше. Шел о, н шел все время в сторону юго-востока и дошел до незнакомого селения. Подходит он к самой крайней юрте, а хозяйка как раз запирает дверь на замок. Паренек-сирота у нее и спрашивает:

— Куда вы так поздно собрались?

— Иду я к хану. Сегодня мой черед сидеть у постели больного ханского сына, — отвечает хозяйка.

— Долог был мой путь, несколько дней я ничего не ел, впустите в свою юрту, напоите чаем, дайте переночевать, — просит парень. — А там, глядишь, и помогу я ханскому сыну.

Впустила хозяйка паренька. Поставила перед ним чай да хлеб и побыстрей направилась к хану. Прибежала и говорит:

— Прибыл к нам из дальних мест молодой странник. Остановился на ночлег в моей юрте. Хвалился помочь вашему сыну.

Велел хан запрячь тройку лошадей и приказал верным слугам привезти того молодого странника.

Не успел паренек-сирота первого сна досмотреть, как налетели ханские слуги, подхватили его сонного под руки и привезли к хану.

— Есть ли способ вылечить моего сына? — спрашивает хан.

— Конечно, есть, — уверенно отвечает паренек.

— Вот и вылечи, не мешкая, — говорит хан.

— Выберите из табуна самого жирного коня, шерсть которого скатывалась три года, забейте его, снимите с него арбин, в юрте разведите большой огонь, а сына поднимите на крышу юрты, — распорядился паренек.

Хан махнул рукой, и слуги кинулись исполнять приказание.

Привели самого жирного коня, у которого арбин был в четыре пальца толщиной, забили его, сняли арбин, занесли в юрту. А потом развели посреди юрты большой огонь. Пока он разгорался, положили слуги ханского сына на носилки, подняли на крышу и стали держать над дымоходом вниз головой.

Придвинулся паренек-сирота поближе к огню, взял из деревянного корытца арбин, стал отрезать по маленькому кусочку и бросать в огонь.

Пошел по дымоходу запах паленого жира. Закашлялся, поперхнулся ханский сын, вдохнув этот запах, побагровел от натуги. И вдруг из правой ноздри выпала змея, угодила прямо в огонь и сгорела. А паренек-сирота все отрезает да отрезает кусочки арбина и в огонь кидает. Когда же в деревянном корытце осталось жира на донышке, из левой ноздри ханского сына выползла вторая змея и тоже в огонь угодила.

— Ну вот и закончилось наше лечение, — сказал паренек-сирота, утирая жирные руки.

А ханский сын, которого недавно подняли на крышу на носилках, встал на ноги и сам спустился с юрты.

Обрадовался хан выздоровлению сына. Пригласил избавителя за семьдесят занавесок, посадил на семь тюфяков, стал угощать его вином, табаком да разными яствами, просить стал:

— Не покидай нас, останься. Будешь младшим братом моему, сыну, будешь мне родным, как и он.

— Не могу я остаться, — отвечает паренек-сирота. — Хочу я обойти землю нашу, посмотреть хочу, как в других краях люди живут.

— Тогда проси у меня, чего душа желает, — говорит хан.

— Подари мне семь ярко-рыжих коней, гривы которых на одну сторону развеваются, а в придачу — тысячу золотых.

Хан на радостях отдал все, что просил паренек. А тот оседлал на другой день семерых ярко-рыжих коней, нагрузил на каждого еды на тридцать дней, положил себе за пазуху тысячу монет, сел на коня, остальных шестерых коней за поводья взял и отправился дальше.

Едет он себе да едет. Переночует в дороге, а с восходом солнца снова в путь.

Вот однажды увидел он человека, припавшего ухом к земле. Подъехал к нему и спрашивает:

— Зачем ты лежишь, припав ухом к земле?

— Прислушиваюсь, — отвечает человек.

— И что же ты слышишь?

— Слышу, как в нижнем замби свадьбу справляют, — говорит он, — вот уже седьмой день идет большое гулянье.

— А как тебя звать? — спрашивает паренек-сирота.

— Звать меня Чуткий На Ухо.

— Не пойдешь ли ты со мной? — вновь спрашивает паренек.

— Отчего не пойти, пойду, — согласился Чуткий-на-ухо.

Стали они друзьями, паренек-сирота дал своему спутнику одного из ярко-рыжих коней, и поскакали они дальше.

Ехали они, ехали, видят: сидит на дереве человек и меняет птицам хвосты — вороний приставляет сороке, а сорочий — вороне.

— Эй, друг, что ты делаешь? — крикнул паренек-сирота.

— Все называют меня Менялой, — отвечает странный человек, — вот я и сижу, занимаюсь своим прямым делом — меняю птицам хвосты.

— Будь нашим другом.

— Я не против, — согласился Меняла.

— Тогда поехали с нами, — сказал паренек-сирота, дал и ему одного из ярко-рыжих коней. Поскакали они дальше.

Ехали они, ехали, смотрят: человек горы переставляет. Подъезжают к нему.

— Кто ты такой и что здесь делаешь? — спрашивают.

— Меня называют Поднимающим-что-угодно, вот я и пробую свои силы, — был ответ.

— Мы хотим объехать вселенную, — говорят друзья. — Не присоединишься ли к нам?

— Давно мечтал друзей заиметь, — отвечает Поднимающий-что-угодно. И отправились они в путь вчетвером.

Ехали они, ехали, глядь: человек море выпивает в три глотка, потом процеживает воду сквозь зубы — целое озеро образуется, а когда снова выпивает это озеро в один глоток — только лужа остается.

— Кто ты такой и что у тебя за утроба бездонная? — спрашивают друзья.

— Меня называют Глотающим-сколько-влезет, вот я и испытываю свое умение.

— Пойдем с нами, — зовут друзья.

Не стал Глотающий-сколько-влезет отказываться, и отправились они дальше впятером.

Едут они, едут на ярко-рыжих конях; выходит им навстречу человек с натянутым луком. Все лесное он в лесу постреливает, все таежное в тайге побивает.

— Зачем ты это делаешь? — спрашивают друзья.

— Все называют меня Очень Метким, вот я и пробую свою меткость, — отвечает он.

— Ну и как, точно ли попадаешь в цель?

— Еще ни разу не промахнулся.

— Будь нам другом, пойдем с нами. Мы хотим обойти землю, — говорит паренек-сирота.

Согласился Очень Меткий, и отправились они дальше вшестером.

Едут они едут, вдруг видят: на дороге пыль заклубилась, а в облаке пыли человек несется вприпрыжку, да еще кнутом себя по ляжкам хлещет. Едва-едва нагнали друзья на своих быстрых конях этого человека и спрашивают:

— Зачем ты так бежишь?

— Все называют меня Быстрым-на-ногу. Вот я и испытываю свою быстроту, — отвечает человек.

— И как быстро ты бегаешь? — спрашивают друзья.

— Да немного опережаю коней, — говорит.

— Будь нашим товарищем.

Стало их семеро, поскакали они дальше. Скачут они, скачут. На ночь глядя спать ложатся, днем снова скачут. Съестные припасы кончаться стали, резвые кони уставать начали. А кругом ни одного аила не видно. Едут они полуголодные, кони под ними спотыкаются. Наконец город вдали показался. Подъехали путники поближе и решили заночевать на бугорке. Увидали их из ханского дворца, послали узнать: что за люди? Не успели друзья костер развести, чай вскипятить, как появились двое верховых. Всё повыспросили верные слуги, обо всем разузнали и говорят хану:

— Это расположились на ночлег семеро странников, семеро молодых парней. У всех одинаковые кони ярко-рыжей масти. Собрались друзья объехать землю, а вооружен из них всего один человек, у остальных ни стрел, ни луков нет.

На другое утро прискакали ханские слуги и говорят:

— Хан-батюшка вас к себе зовет.

— За чем же дело стало? Рады повидаться с вашим ханом, — отвечают друзья. Сели они на своих коней и предстали пред ним.

Поделиться —

Проект “Байкальские сказки” создан в 2015 году для детей и их родителей, которые любят и читают сказки!

При копировании материалов ссылка на источник обязательна.

Мобильная версия

Яндекс.Метрика